Волгодонск Понедельник, 10 Августа

«Герой нашей семьи»: Путь в тысячи жертв

24.04.2015 15:22
«Герой нашей семьи»: Путь в тысячи жертв

Направляю Вам историю моей семьи для участия в конкурсе "Герой нашей семьи" о Куренкове Владимире Денисовиче, 1921года рождения.

 

Так действовали патриоты


На краю родной земли


…Счет времени был потерян, казалось, бесповоротно. Действительно, какой сегодня день? Понедельник, среда или пятница? А может быть воскресенье? Вторник или четверг? Какие еще дни бывают в течение недели? Ага, бывает еще и суббота!

Когда-то до войны краснофлотцы, такие же двадцатилетние парни как Владимир Куренков, ждали субботу с особым нетерпением. В тот день после генеральной уборки на батареях береговой обороны их, матросов, до блеска вымытых, выбритых, наглаженных, внимательно и придирчиво осмотренных дежурным командиром, отпустили в увольнение в Севастополь.

И вот на рассвете 22 июня 1941 года, именно в воскресенье, когда влюбленные пары встречали утреннюю зарю на Корабельной стороне или в Приморском парке на притихший Севастополь нежданно градом посыпались тяжелые бомбы с самолетов, помеченных черно-белыми крестами.

Через три с лишним месяца, а точнее 30 октября, двести тысяч отборных, вымуштрованных в победных походах по странам Западной Европы, фашистских головорезов были брошены на штурм Севастополя. В то время наша Родина оказалась в величайшей опасности, переживала большие трудности и, разумеется, не могла обеспечить преимущество в живой силе в вооружении на всех участках фронтов, растянувшихся на тысячи километров от Черного моря до Белого моря. А враг, который воспользовался внезапностью нападения, имел тогда под стенами Севастополя пятикратный перевес в артиллерии, шестикратный – в авиации и боле, чем десятикратный – в танках.

Началась битва неравная, кровопролитная, жестокая…

Двести пятьдесят дней и ночей моряки, пехотинцы, артиллеристы, летчики, танкисты, гражданское население стойко и мужественно защищали город русской славы. Во всех войнах, что до тех пор знала история человечества, неизвестны были примеры такой храбрости и такого самопожертвования, какие проявили защитники Севастополя.

Наступил день разлуки с крепостью на Черном море, день двести пятидесятый со времени его осады. Все эти двести пятьдесят дней краснофлотец Владимир Куренков находился на переднем крае обороны. Самоотверженно бились наши герои, но так сложилось, что преимущество все время оставалось на стороне гитлеровцев.

Тем временем, на узенькой полоске Крымского побережья под крутыми обрывами скопились десятки тысяч раненых воинов. Нужно было их защищать, спасать.

В группу прикрытия в числе других вошел и красноармеец Куренков. До последнего патрона, до последней гранаты бились краснофлотцы в группах прикрытия, но не в силах были остановить и отбросить натиск вражеской пехоты, беспрерывно поддерживаемой армадами вражеских танков и самолетов.

Наступил июль 1942 года. Из всей группы в живых остались Владимир и двое его товарищей. Прямо за их спинами, вблизи Херсонесского мыса, на клочке берега, шириной метров шестьдесят и длиной в два километра сосредоточилось много тысяч раненых бойцов и офицеров.

И вот на позиции группы пошли немецкие танки. У краснофлотцев закончились все гранаты. С танков начали стрелять термитными снарядами. Один из них в одно мгновение сжег двух друзей Куренкова, его самого забросало землей в яме в трех шагах от обрыва. Там фашисты и взяли Владимира, тяжело контуженного, в полубессознательном состоянии, и бросили в бесконечную колонну пленных воинов.

  1. Путь в тысячи жертв

Отсюда и начался страдальческий путь в неизвестность колонны, в которой , по словам участников этого горького похода , насчитывалось свыше пяти тысяч человек. Под усиленной охраной эсэсовцев и своры злющих овчарок погнали пленных по дороге на Симферополь. Тех, кто отставал и падал от изнеможения, эсэсовцы подгоняли прикладами автоматов или, чаще всего, пристреливали на месте.

Такую судьбу, наверное , испытал бы и Владимир Куренков, если бы не взаимопомощь и выручка товарищей. На одной из коротких остановок, напившись воды из горной реки, Владимир потерял сознание. А тут прозвучала грозная команда двигаться дальше. Все заняли свои места в колонне, Владимир продолжал лежать без всяких признаков жизни. Подошел один из охранников и нацелил дуло автомата ему в голову. Еще какие-то секунды – и не стало бы краснофлотца. Но в этот момент подбежали несколько военнопленных, быстро подхватили товарища на руки и понесли в середину колонны.

Четверо суток длился поход на Симферополь, и все это время у пленных не было и маковой росинки во рту. С каждым днем путь позади колонны все гуще покрывался трупами тех, кто изнемог окончательно, все чаще гремели очереди из автоматов конвоя – то добивали лежачих. Проезжая мимо колонны немецкие офицеры смеясь, очевидно, для развлечения, стреляли из пистолетов прямо в гущу пленных. И те падали замертво, а некоторые, не выдержав мук и издевательств, сами бросались под огонь эсэсовцев.

Из Симферополя незнакомые друзья донесли Куренкова на руках через Херсон в Николаев, за колючую проволоку концлагеря на Темводе. Из пяти тысяч пленных сюда добрались едва три тысячи. Остальные полегли в пути.

Находясь в полусознательном состоянии, Куренков лежал в бараке, спрятанный от глаз полицаев соратниками по полю битвы, они его поддерживали. чем могли. Отлежавшись в потайном уголке, Владимир даже не представлял себе всего того адского положения, в котором он очутился. А вокруг него бушевали зверский произвол, пытки, ужас и смерть.

В концлагере был установлен режим по истреблению населения на территории Украины. Каждый день, с самого раннего утра, пленных гоняли до изнеможения строем на площади лагеря, а к вечеру отбирали группу 25-30 человек, и словно неукрощенных зверей, загоняли их в клетку, установленную посредине лагеря. Набивали туда человек 150. Жутко было наблюдать за теми несчастными, ибо все уже знали – они обречены на смерть. И действительно, по заведенному с немецкой пунктуальностью расписанию расстреливали тех, кто попал за решетку. Для уборки и сжигания трупов расстрелянных, эсэсовцы вызывали группу пленных. Больше они не возвращались.

На волю, к оружию


Наступил 1943 год. Владимира Куренкова в числе трехсот заключенных перевели в рабочий лагерь при заводе имени 61 коммунара в Николаев. К тому времени он оправился от контузии. Уход и забота товарищей, молодой организм сделали свое доброе дело – парень стал на ноги.

Под конвоем ходили на завод, убирали различный хлам, лом, расчищали завалы. Здесь они встречались с местными рабочими, знакомились и разговаривали с ними глазами, ибо говорить охранники строго запрещали. И все же перехитрили конвоиров: один рабочий, занятый как будто своим важным делом, приблизился к Куренкову и всунул ему в кулак скомканную бумажку, быстро отошел в сторону. Никто ничего не заметил.

В тот вечер среди жителей барака, где находился Владимир, царила молчаливая радость. Из бумажки, переданной рабочим, пленные узнали о большом событии – разгроме немецко-фашистских войск под Сталинградом. А дальше все пошло своим чередом: тот рабочий систематически передавал листовки о ходе боев на фронтах Великой Отечественной войны. Всюду наши хлестко били врага. Все это вдохновляло, поднимало настроение военнопленных. Между тем круг знакомых Владимира на заводе расширялся. Ими стали работницы здешней столовой Мария Юрченко, Александра Рыжих, Евдокия Часовская, истопник Герасим Кулько. Этот человек и посоветовал Куренкову: под зданием столовой есть просторная канализационная яма, там свободно могут поместится несколько пленных.

Совет был принят с благодарностью. Незаметно исчезнув с поля зрения охранников, первым в грязном тайнике занял место Павел Дубинда с Херсонщины, таким же образом проник туда и Владимир Куренков, вскоре еще трое товарищей. Не меньше месяца находились беглецы в зловонной яме, часто приходилось часами простаивать по пояс в помоях, но никто не жаловался. Внимание бескорыстных помощников бодрило и вселяло надежду на спасение.

А эти помощники оказались настоящими патриотами. Пренебрегая смертельной опасностью, отрывая от собственного рта кусок хлеба, они делились им с подземными жителями, передавали новости с завода, из лагеря. Ошалевшие от злобы эсэсовцы и полицаи рыщут всюду, разыскивают беглецов.

А дальше было так. В октябре 1943 года Мария Юрченко и Александра Рыжих, рискуя жизнью, по поддельным пропускам провели пятерку пленных через полицейский кордон проходной . переступив порог, каждый ушел в свою сторону. Владимир Куренков оказался на 8-й Поперечной в семье Некрасовых, родственников Александры Рыжих, а вскоре с ее помощью выбрался из Николаева и добрался до ее родственников в село Новоингульское Новоодесского района.

Затем была попытка перебраться через линию фронта, но этому помешала немецкая полевая жандармерия. Пришлось снова бежать. И вот в марте 1944 года на территорию Николаевской области вступили советские войска. Куренков одним из первых встретил советских разведчиков, взял оружие и, не теряя времени, пошел на передовую. Он принимал участие в освобождении Одессы, Молдавии, штурмовал Берлин. За мужество и отвагу был награжден орденом Славы третьей степени, боевыми медалями. Его товарищ Павел Дубинда, который с ним вместе бежал из плена, стал Героем Советского Союза.

А после войны, отслужив положенное время в Германии, он вернулся в Николаев. Его супругой стала та самая Александра Рыжих, которая спасла ему жизнь. Через несколько лет они переехали на Дон, в Морозовск. Сейчас их уже нет снами, но память о них долго будет жить в наших сердцах, их героический образ не погаснет вовек!

Дочь - Демченко (Куренкова) Людмила Владимировна

Зять - Демченко Юрий Петрович

Внучка - Демченко Ольга Юрьевна

Морозовск - Волгодонск


Встреча.gif

баннеры.gif

25
1

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое