Волгодонск Воскресенье, 29 ноября
Общество, 12.02.2020 19:04

О Великой Отечественной из первых уст: ветеран Владимир Анненков поделился воспоминаниями о войне

К 75-летию победы в Великой Отечественной войне информационный портал «Блокнот Волгодонска» запускает серию видеосюжетов с ветеранами Великой Отечественной войны.

Начавшаяся 22 июня 1941 года и продлившаяся четыре года Великая Отечественная война была самой кровопролитной войной в истории России. Она унесла миллионы жизней советских граждан, как военных, так и мирных. На фронтах гибли тысячи советских воинов, а в тылу, в неимоверно тяжелых условиях, на благо победы трудились женщины, подростки, старики.

Уходя на войну парнишкой, которому было всего 17 лет, Владимир Анненков обещал своей матери вернуться домой живым. Великая Отечественная война забрала у него отца, когда тот героически отвоевывал у фашистов Сталинград. Владимир Тихонович Анненков героически отвоевывал Белоруссию, а после дошел до самого Кенигсберга. Со слезами на глазах он рассказал о тех страшных днях, которые пришлось переживать во время Великой Отечественной войны.



Владимир Тихонович Анненков родился 5 мая 1926 года в городе Сталинград, ныне Волгоград. На момент, когда началась война, 15-летний Володя вместе с семьей жил в совхозе «Сталинградский». Владимир Тихонович признается, что из-за тяжелых времен и бедности, ему пришлось бросить школу после шестого класса, чтобы пойти работать.

- Когда война началась жили мы уже в крупном молочном совхозе «Сталинградский». В совхозе была Центральная усадьба и шесть отделений. Мы жили в первом отделении, которое представляло собой маленькое село, из домов десяти, наверное. В нашем совхозе было два больших зернохранилища, два больших сарая для скота, кузница и работа наша. Школа была в восьми километрах от села, жили мы бедно, поэтому учебу пришлось бросить рано. Окончив всего шесть классов я пошел работать. Работали мы в лесу. Ездили, пилили деревья для того, чтобы ящики делать для зерна и тому прочее. Работали на лошадках и на верблюдах. Кстати, верблюдов было много у нас. Знаете, как они нас спасали? Из шерсти верблюда наши мамы делали носки, варежки, перчатки теплые, благодаря чему мы не мерзли, - рассказывает Владимир Анненков.

В ноябре 1943 года 17-летнего Владимира призвали в армию и направили в Камышинскую кавалерийскую школу. Прибыв в военкомат, пришло страшное известие о том, что отец Владимира героически погиб в Сталинграде. Провожая со слезами на глазах сына в армию, Ирина Анненкова боялась, что не переживет вечной разлуки с ним. 17-летний Владимир Анненков пообещал матери, во что бы то ни стало, вернуться домой живым.

- Когда пришли повестки в армию, нам не было и 18 лет. Военкомат находился в 25 километрах от нашего совхоза. 12 ноября 1943 года приехала бричка и двое-трое ребят с Центральной усадьбы. Меня взяли и поехали в военкомат. Уже там мы получили известие о том, что наш отец погиб в Сталинграде 2 января 1943 года. Мама провожала, говорила: «Отец погиб — я пережила, а если ты еще погибнешь, то мне не пережить». С ней осталась моя старшая сестра, но она была больна, и еще сестренка, которой было всего 7 лет. Приехали в военкомат, нас, молоденьких, побрили, постригли, переодели и направили в город Камышин. Там была кавалерийская школа сержантского состава. Мы там занимались с лошадьми, проходили военную подготовку. Когда освободили от фашистов Воронежскую область, нашу кавалерийскую школу перевели в город Острогожск, где нам и предстояло окончить школу.

1Z1PzinecPk.jpg

На фото Минометчик Владимир Анненков. 1944 год. 

В мае 1944 года, после окончания Кавалерийской школы новоиспечённых сержантов посадили в товарные вагоны и повезли на границу с Белоруссией, откуда отправили на фронт.

- В мае 1944 года всем нам присвоили звание сержантов. Тут же нас посадили на поезд, который мы называли «Телячьим», так как он не пассажирский даже был, а товарным, и повезли куда-то. Куда повезли — мы сами не знали. Потом, когда поезд остановился, нас пересадили на машины и повезли ближе к Белоруссии. - продолжает Владимир Анненков, - Только нас высадили из машин, смотрим, в телегах везут раненных. А перед нами предстала большая гора, и по этой горе ползли танки немецкие и пехота. Идет один раненный, я ему вопрос задал: «Ну как там?», потому что страшно было, мы парни молоденькие, неопытные. Он так сердито на меня посмотрел и ответил: «А сейчас сам пойдешь и узнаешь». Знаете, если бы нас сунули туда, мы бы там все погибли. У нас никакого оружия не было, и мы пацаны все, только-только 18 лет исполнилось. Потом смотрим, а к горе наши «Катюши» подходят. Они стали стрелять, гора аж загорелась, танки горели, пехота немецкая вся полегла. Как «Катюши» дело свое сделали, тут же ушли. Смотрим, за нами вновь приехали те же машины, что и привезли нас. Погрузили и повезли к какой-то речке.

После того, как солдатов привезли к реке, на них налетели немецкие войска и разбомбили переправу. Парням пришлось из всевозможных средств, которые остались целыми, сооружать плот и переправляться на другой берег. После распределения Владимир Анненков попал в состав 3-го кавалерийского корпуса 65-го кавалерийского полка 32-й кавалерийской дивизии.

- Довезли нас до реки. Смотрим, тут же налетели немецкие самолеты, разбомбили переправу и улетели. Стояли наши два танка, брички, лошади, все побили. Кто-то переправлялся на уцелевших лодках, а кто-то брал доски с разбитых ящиков, делали плоты и переплывали реку. На том берегу нас ждали офицеры. Они нас сразу забрали, повели в лес в наступление. Стали наступать, немцы оказались сильнее, поэтому нам пришлось отойти назад. Потом, когда уже все успокоилось, нас повели в лес, где кругом были военные, ящики какие-то, снаряды, патроны, артиллерия. После распределения я попал в минометную батарею. Поскольку в кавалерийской школе мы не изучали минометы, и несмотря на звание сержанта, меня заставили подносить к нему каждый раз по два железных ящика, в которых было по две железных батареи, - вспоминает Владимир Анненков. 

wUhfQSBFZ90.jpg

На фото Сержант Владимир Анненков. 1946 год. 

Наводчик-миномётчик гвардейского соединения Владимир Анненков освобождал от фашистов Белоруссию, Восточную Пруссию и Германию. Ветеран, принявший участие в операции «Багратион», поделился своими воспоминаниями о том, как тяжело им далось освобождение Белоруссии от немецких захватчиков.

- 23 июня 1944 года мы стали наступать и освобождать Белоруссию, которая была три года оккупирована немцами. Дел они там понаделали, конечно, много. Всяких укреплений, блиндажей. Наша разведка поработала хорошо, все разузнали, построили и начали наступление. Наступали четыре фронта — первый Прибалтийский, первый, второй и третий Белорусский. Представляете, какая была огромная территория? Нас было около полутора миллиона солдат. С нами были больше пяти тысяч танков, а около пяти тысяч боевых самолетов нас прикрывали, 31 тысяча орудий и минометов. Больше часа — беспрерывно наши орудия бомбили. Больше часа! Вы представляете? Немцы, которые в плен попали, говорили: «Такого мы еще не видели. Нам хотелось стать мышками и залечь в норку, чтобы не слышать и не видеть того, что здесь происходит», - продолжил Владимир Анненков, - Когда немцы удрали, мы шли потихоньку на лошадях, и наши ребята нашли записку под камнем. На этом листе было написано: «Нас гонят немцы, спасайте!». Мы тут же передали эту записку командиру, он выделил эскадрон, примерно 120-150 человек, и пустил вслед за немцами. Наши чуть прошли вперед, смотрят и правда — немцы гонят наших. Парни тут же на лошадях окружили их, налетели с пулеметами и автоматами, стали стрелять. А немцы и сопротивляться не стали, видели, что бесполезно. Одних освободили, потом следом еще одних пленных освободили. Об этом всем сразу же доложили в генеральный штаб. Буквально через дня два-три пришли газеты, в которых нам была объявлена благодарность за спасение наших пленных от Иосифа Виссарионовича Сталина.

Из истории, Белорусская операция «Багратион» была наступательной и продлилась с 23 июня по 29 августа 1944 года. Всего за два месяца была освобождена вся Белоруссия и полностью разгромлена группа армий «Центр». Мастерство военачальников и героизм советских солдат были основой успеха молниеносной операции. Свою роль сыграли также просчеты немецкого командования, которое совсем не ждало наступления на Белоруссию. Они считали, что советские войска будут продолжать сражения на Украине и двинутся дальше на юг. Немецкое командование было настолько уверено, что их ждет «спокойное лето», что командующий ГА «Центр» Эрнст Буш ушел в отпуск за две недели до советского наступления.

_cazAq5RiS4.jpg

На фото сержанты-фронтовые друзья: Тимченко, Данилин, Долматов, Портнов, Анненков. 

- После Белоруссии перед нами был город Лида, где стоял немецкий штаб. Там повсюду были немецкие знамена, по улицам ходили патрули, которые оберегали штаб. Когда мы влетели в этот город, в танках, на лошадях, немцы тут же отступили. Нас так трепетно и с улыбками встречали жители этого городка. Они подбегали, целовали нас, говорили: «Наши милые, любимые, как мы вам рады». Они прямо плакали от радости. Город Лида мы освободили и так постепенно двигались дальше. Пленных у нас было очень много, особенно когда освобождали Минск. Пленных отправили в Москву, где 17 июля 1944 года их вывели на Красную площадь. Около 60 тысяч пленных немцев. Им сказали: «Вы хотели Москву посмотреть, вот, смотрите!». Четыре часа их водили по улицам, а они шли как жулики, прятали свои шеи и лица. Офицеры и генералы, конечно, держались уверенно, потому что шли впереди. После этого их посадили обратно в поезд и отправили в лагеря, - вспоминает Владимир Анненков.

В ходе операции «Багратион» были уничтожены или попали в плен около 400 000 немецких солдат и офицеров. Эти потери были намного выше сталинградских. Из 47 генералов Вермахта, воевавших в качестве командиров корпусов и дивизий, 21 был взят в плен. Количество пленных вызвало недоверие союзников СССР во Второй мировой войне. Действия Англии и США на Западном фронте были далеко не так успешны, как в Белоруссии. Чтобы мировая общественность убедилась в размерах катастрофы германской армии, советское руководство организовало парад пленных немцев, о котором рассказал Владимир Анненков.

ARz_v66ALqQ.jpg

На фото письмо, адресованное матери Владимира Анненкова Ирине Ивановне во время ВОВ. 

- 21 октября 1944 года мы вышли на границу СССР с Германией. Мы тогда так обрадовались тому, что свою территорию освободили. Начали стрелять вверх, головные уборы подкидывать, так радовались. И тут нам говорят, что приехал генерал, командующий фронтом, впоследствии он стал маршалом Советского союза и дважды героем — Константин Константинович Рокоссовский. Нас всех выставили на поляне, он прошел, на всех посмотрел и сказал: «Сейчас территория будет не наша, нас не будут там встречать и обнимать. Поэтому, будьте на чеку». Он выступал не долго, и вопросов к нему особо не было. Один вопрос ему задали: «Как нам там себя вести? Как они вели себя у нас?», на что он ответил: «Мы не фашисты, с мирным населением воевать не будем. Будем воевать лишь с теми, кто поднимет против нас оружие. Мирное население трогать нельзя». Слова Константина Рокоссовского стали для нас законом, - рассказывает Владимир Анненков, - Зашли мы в первую деревню — никого нет. Только скот ходит по двору, бегают куры и свиньи, но ни одного человека. Знаете почему? Им немцы день и ночь говорили: «Придут русские, вас всех расстреляют, убьют, будут издеваться». Поэтому жители просто бросили все как было и убежали в панике.

Не смотря на свой возраст, Владимир Тихонович помнит годы войны в мельчайших подробностях. В том числе и один из самых страшных дней, когда казалось, будто смерть совсем рядом.

- 4 ноября 1944 года мы взяли первый город — Голдап в Польше. Брали город с боем, но не безобразничали. Так медленно продвигались по Германии, брали много пленных. Как-то вошли мы в лес на передышку. Расставили орудия свои, минометы поставили и просто отдыхали. Потом смотрим, лошади наши с бричкам разбегаться начали и стрельба началась сильная. Командир приказал пойти нам и разведать, что там происходит. Только мы вышли на дорогу, нам кричать стали: «Немецкие танки идут!». Кинулись в рассыпную — кто куда, только уже поздно оказалось. Три танка подошли к нам вплотную. Мы втроем залегли в канаву сбоку дороги. Мы лежали ни живые, ни мертвые. Стрелять в них - смысла не было, они бы нас убили и все. Они подошли очень близко, видели ли они нас — не знаю, но не стреляли. Потом танки ушли, а немцы стали ловить наших лошадей и привязывать их к деревьям, а потом и вовсе расслабились – даже оружие побросали. Мы к тому времени уже добежали до другого полка и попросили помощи. Сначала взяли всех в плен, а потом ребята говорят: «А зачем они нам в плену, они столько проблем понаделали?». Ну и расстреляли их попросту. Так вот мы и продвигались вперед, особо боев уже не было, потому что немцы и не сопротивлялись. Они понимали, что проиграли. Впереди нас ждал большой город Виттенберг.

utPnoO2hL2o.jpg

На фото лейтенант Владимир Анненков во время лечения в санатории Советской Армии. Город Пятигорск. 1955 год. 

Владимир Тихонович Анненков с улыбкой рассказывает о том, как зашли в город Кенигсберг, который считался крепостью.

- Кёнигсберг был крепостью у немцев. Они даже бросали листовки, что русским никогда его не взять. На всех зданиях у них было написано: «Кенингсберг — рубашка Германии, немцы могут спать спокойно». Наши ребята нашли краску, кисти и по-немецки написали: «Снимем с вас рубашку, снимем и штаны».

Владимир Анненков рассказывает, что 1 мая 1945 года для них прошло в грохоте артиллерийской канонады. Им было приказано не позднее 3 мая овладеть районами Карштедт-Ленцен-Виттеберге.

- 2 мая наш 65 кавалерийский полк подошел к стенам Виттенберга, который был загружен вражескими солдатами и техникой. Командир нашего третьего гвардейского кавалерийского корпуса генерал-лейтенант Николай Сергеевич Осликовский принял решение попытаться через парламентеров договориться с командованием немецкого гарнизона о безоговорочной капитуляции Веттенберга. На рассвете 3 мая город капитулировал. Была сохранена жизнь десяткам людей, не пострадал и сам город. Вышли мы к реке. Все пространство между Эльбой и дамбой, и вправо и влево от горизонта до горизонта — было заполнено немцами и гражданскими лицами, сбежавшимися сюда, казалось, со всей Германии. С 3 по 5 мая наша дивизия закреплялась на берегу Эльбы, на другом берегу уже стояли войска США. Потом были встречи с союзниками, митинги. Американцев интересовала наша кавалерийская форма, лошади, они много расспрашивали о службе и не верили, что мы воевали, говорили, что слишком уж мы красивые. В итоге советские и американские генералы и офицеры дали друг другу слово, что будут бороться за то, чтобы наши страны никогда друг с другом не воевали, чтобы снова не повторилась мировая война. Но, время изменилось, изменилась и международная обстановка, нет теперь великого Советского Союза. 

hxGGMCNTJ6M.jpg

Фото сделано после дня Победы. 1945 год. Владимир Анненков слева в нижнем ряду. 

После войны Владимир Тихонович Анненков продолжал службу в Кронштадте, окончил курсы офицеров-политработников, а с 1956 года и по сей день живёт в Волгодонске. Вдвоём с супругой они вырастили двоих детей. Сын Александр выполнял интернациональный долг в Афганистане, полковник, но к сожалению, как и жена ветерана, уже ушёл из жизни. Дочь Наталья во всем помогает своему отцу, каждый раз с трепетом слушая его рассказы о годах войны. Внук Владимир восстанавливал конституционный порядок в Чечне. Подрастают замечательные правнуки. 5 мая Владимиру Тихоновичу исполнится 94 года.

- Мы, когда в окопах сидели, погода всякая была. То дождь, то снег. Но мы говорили: ну поживем еще, поживем и победой войну закончим! Пожили... раньше я переписывался с 26 однополчанами, а сейчас я остался один.

Информационный портал «Блокнот Волгодонск» поздравляет горожан с 75-летием Победы в Великой Отечественной войне.

Благодарим за помощь в создании фильма сеть магазинов «Гавана Бутик».

Инна Еремеева

Новости на Блoкнoт-Волгодонск
  Тема: Лица города Волгодонска  
новостиВолгодонскветеранинтервьювеликая отечественная война
6
3
Народный репортер + Добавить свою новость

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое