Рабом может стать каждый: как устроена система рабства и подневольного труда в Ростовской области и России
![Рабом может стать каждый: как устроена система рабства и подневольного труда в Ростовской области и России Рабом может стать каждый: как устроена система рабства и подневольного труда в Ростовской области и России](http://s1.bloknot-volgodonsk.ru/thumb/850x0xcut/upload/iblock/d11/od4vfrvqwpllye0kjbb7icpwvvjap0js/Rabom-mozhet-stat-kazhdyy-kak-ustroena-sistema-rabstva-i-podnevolnogo-truda-v-Rostovskoy-oblasti-i-Rossii.jpg)
Арина Файрушина
Читайте также:
- БСМП Волгодонска обновила ультразвуковое оборудование (24.07.2024 12:20)
- Волгодонск окружат кольцом микросельских агломераций (22.07.2024 13:00)
- Люди бегут из города: Волгодонск вошел в антилидеры миграционного оттока населения в Ростовской области (16.07.2024 17:00)
Можно ли взять и содержать в неволе человека в современной России? На первый взгляд такой вопрос выглядит глупо. Картинки с рабством и толпами невольников скорее приходят на память из исторических книжек и фильмов о древних временах. Но на самом деле, рабство, и широкое использование подневольного труда людей для обогащения ряда социальных групп, никуда не исчезло.
В России работают по принуждению, часто в криминальном и околокриминальном бизнесе, множество попавших в беду людей. Проституция, в том числе с вовлечением несовершеннолетних, попрошайничество, принуждение к работе на стройках и в сельском хозяйстве, в кустарной промышленности — труд по принуждению или просто рабство используется и сейчас. Рабство развивается вслед за экономикой. В последние годы распространение получило т. н. IT-рабство, когда специалистов области компьютерных технологий выманивают из России сверх высокой зарплатой в страны Юго-Восточной Азии, где они оказываются в трудовом рабстве. При строжайшем контроле людей заставляют поддерживать инфраструктуру нелегальных электронных казино, порносайтов, сетей по продаже запрещенных наркотических веществ.
И это явление ближе к обычному человеку, чем можно представить. В «зону рабства», где это явление распространено шире всего, попадает сельская местность на Северном Кавказе и юге России в целом, Поволжье и большинстве крупных городов России, куда и едут в поисках работы и лучшей жизни сотни тысяч людей каждый год. Некоторые из них пропадают навсегда.
Волгодонск, и шире вся Ростовская область, также находятся в зоне риска. В судах регулярно рассматриваются уголовные дела об использовании принудительного труда, а ряд жителей Волгодонска на себе ощутили весь ужас неволи и издевательство со стороны современных рабовладельцев. Вот только некоторые истории.
Комната для содержания рабов в районе станицы Дубенцовской Волгодонского района. Современным рабам иногда полагается телевизор.
В мае 2025 года прокуратура Волгодонского района утвердила обвинительное заключение в отношении двух жителей станицы Дубенцовская. Они обвиняются в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «г» ч. 2 ст. 127.2 УК РФ (использование рабского труда). По версии следствия, братья Иван и Федор Мунтьяновы в течение 3 лет вплоть до сентября 2023 года в станице Дубенцовской Волгодонского района использовали рабский труд 5 человек. Братья, применяя насилие или угрожая его применением, принуждали их бесплатно работать на сельхозугодьях. Потерпевшие не могли отказаться от выполнения работ, поскольку были ограничены в возможности покидать места работы и проживания. Рабов каждый день заставляли выходить работать на полях. Следователи показали и барак, где содержали рабов.
В 2018 году из рабства был освобожден житель Волгодонска Александр Радкевич. Лишившийся одной ноги мужчина рассказал, что был в плену у цыган в Краснодаре один год и четыре месяца. Он утверждал, что был для них своеобразным источником дохода. Ежедневно его заставляли попрошайничать на дороге, куда отвозили с утра, и привозили назад поздним вечером, забрав все деньги. В день ему удавалось собирать с водителей от 2 до 3 тысяч рублей, при том, что постоянно приходилось рисковать своей жизнью на проезжей части.
В том же 2018 году из фермерского рабства удалось освободиться волгодонцу Аветику Егиазаряну. В рабстве в сельских районах юго-востока Ростовской области мужчину держали три года. Его заставляли пасти скот и несколько раз перепродавали разным хозяевам, некоторые из которых оказалась членами влиятельных диаспор и ранее работали в правоохранительных органах. В неволе мужчина превратился в «живой скелет». Его с трудом смогли опознать близкие родственники.
В 2017 году из рабства в цыганской семье в Миллерово удалось вырваться и жительнице Волгодонска. Женщину и ее знакомую по несчастью заставляли под угрозой насилия убирать в доме, готовить, ухаживать за хозяйством, таскать воду и даже собирать металлолом.
Но самым резонансным случаем в Волгодонске стал прошедший в 2013 году судебный процесс над транснациональной преступной группой, обмaном доставлявшей девушек из Ростовской области в Республику Мaльтa для занятия там проституцией. Главным вербовщиком девушек стала учитель русского языка и литературы и заместитель директора по воспитательной работе школе № 24 Волгодонска Наталья Бойко. Преступное сообщество, состоявшее из женщин, с 2003 по 2008 год вербовало девушек, живших в основном в Волгодонске. Коллегия присяжных Ростовского областного судa признaлa их виновными. Нaтaлья Бойко, бывший педaгог и организатор, получила 13 лет колонии общего режима. Бойко, к слову, к настоящему времени уже должна была выйти на свободу.
Заседание суда в Ростове по делу о продаже школьниц из Волгодонска, 2013 год
О проблеме современного рабства в России «Блокноту» рассказала юрист некоммерческой организации «Альтернатива» Арина Файрушина.
Что такое современное «рабство» в России? Правомерно ли употребление такого термина? C чем связано распространение рабства в России?
Российское законодательство не содержит определения «рабство». Исходя из ст. 127.2 УК РФ (Использование рабского труда), можно согласиться с определением Конвенции ООН о рабстве, где под рабством понимается положение или состояние лица, в отношении которого осуществляются некоторые или все полномочия, присущие праву собственности. Проблема современного рабства является общемировой, отличаются масштабы проблемы, наиболее используемые для тех или иных регионов формы эксплуатации, а также способы борьбы с этим явлением.
Распространению рабства в России способствует множество факторов, например:
- сложная экономическая ситуация, при которой растёт количество населения, живущего за чертой бедности (по данным на весну 2024 г., 13,5 млн человек, куда входят российские граждане с доходом ниже прожиточного минимума), безработные, бездомные, люди с различными зависимостями и инвалидностью, одинокие старики, дети в детских домах, интернатах и выпускники детских учреждений, одинокие матери; мигранты, беженцы и вынужденные переселенцы;
- отсутствие правовых гарантий защиты прав жертв, в том числе из-за которых люди боятся обращаться за помощью;
- отсутствие специальной подготовки сотрудников полиции, судей, прокуроров и следователей, приводящей к ошибкам в реагировании и последующей квалификации выявленных преступлений;
- в целом низкая правовая грамотность – и населения (когда люди не знают, правовые основы трудоустройства и защиты собственных прав), и госструктур.
Расскажите об «Альтернативе». Цели и задачи Вашей организации?
Наша организация занимается противодействием торговли людьми и освобождением людей из всех форм современного рабства. Мы приезжаем непосредственно на место удержания человека, помогаем ему выбраться из неволи, содействуем его первичной социализации. Оказываем помощь в восстановлении документов, при необходимости организуем правовую, психологическую и другие виды помощи. Если человек хочет вернуться домой, то мы обеспечиваем проезд, если дома нет — то ищем приют.
Сколько людей удалось освободить за последние годы с помощью «Альтернативы»? Сколько, по Вашей оценке, людей могут насильно удерживаться в трудовом рабстве в России?
Параметры распространенности современного рабства весьма приблизительны. Международные организации оценивают количество жертв в России в диапазоне от 700 тысяч до 1,9 миллионов человек (данные 2016-2023 годы), цифры отражают все виды современного рабства. По их данным, пропорция, отражающая количество людей в ситуации неволи, на тысячу человек населения составляет 13:1000 (восьмое место в мире и третье место в регионе после Турции и Таджикистана). Подтвердить или опровергнуть это представление о потенциальном количестве жертв невозможно, так как не проводится независимый национальный мониторинг состояния проблемы. Но вероятность приближения к этим оценкам велика из-за высокого уровня уязвимости населения и отсутствия инфраструктуры противодействия торговле людьми, а также исключительной латентностью этого преступления (в мире в целом выявляется около 0,15 % жертв).
Наша организация не ведёт статистику по конкретным видам освобождения, так как мы не считаем, что это может отражать реальную обстановку. Мы можем говорить только о тех, кто смог к нам обратиться. Вообще за годы деятельности мы помогли более 3 000 человек, туда входят и жертвы современного рабства, и жертвы домашнего насилия, и другие трудные жизненные ситуации.
Как отличаются разные регионы с точки зрения функциональной типологии рабства? С чем это может быть связано?
Это достаточно сложный вопрос. Многое зависит от климата и структуры экономики региона. В Краснодарском крае людей часто держат в фермерских хозяйствах, где занимаются выращиваем и сбором овощей, фруктов и ягод. Там рабский труд используется, к примеру, при сборе клубники и яблок. В Ростовской области и Ставропольском крае людей чаще всего держат на кошарах — удаленных животноводческих точках. В Дагестане рабский труд чаще всего используют на кустарных кирпичных заводах. В Центральной России люди чаще всего попадают в неволю через реабилитационные центры помощи или так называемые «работные дома». Отличие между ними в том, что работные дома позиционируют себя, как место работы с проживанием, питанием и ежедневной оплатой, а реабилитационные центры обещают помощь в лечении алкогольной, игровой и наркотической зависимости. Но в обоих случаях у людей отбирают документы и заставляют работать без оплаты. Объявления и о тех, и о других можно найти на столбах и остановках общественного транспорта, можно увидеть такие объявления в интернете, также с подобного рода предложениями нередко подходят и сами вербовщики. В Москве и области такие работные дома чаще всего размещают в частном секторе в индивидуальных строениях, в Санкт-Петербурге и ряде других крупных городов их чаще размещают в обычных квартирах в МКД. Из работных домов и реабилитационных центров людей обычно направляют на стройки разнорабочими, часто используют в качестве грузчиков, если рассматривать центральную часть страны. В более северных регионах были случаи, когда людей направляли в сферу ЖКХ, например, дворниками.
Почему выгодно использование рабской силы?
Само явление использования подневольного труда увеличивается в масштабах с каждым годом. Все места и отрасли принудительной эксплуатации человеческого труда – фермы, работные дома, кирпичные заводы, стройки – чаще всего находятся в «серой зоне» экономики и с юридической точки зрения вообще не являются работодателями. О принуждении людей к занятию попрошайничеством и проституцией вообще говорить не приходиться. Подневольный человек не получает зарплату, за него никто не платит налоги. Если просто представить, сколько выплат сейчас должно производиться на разнорабочего при официальном трудоустройстве, то получится, что за месяц условный рабовладелец получает прибыль или экономию на одном человеке в десятки тысяч рублей. Люди, даже попав в эту ситуацию, не могут защитить свои права. Когда трудовые отношения никак не оформлены, и человек приходит за помощью, он сталкивается с тем, что не может доказать, что в отношении него имело место принуждение, что он не был согласен на такого рода труд и условия проживания. В таких случаях сотрудники правоохранительных органов часто просто разводят руками — непонятно кому верить.
Как в России люди попадают в рабство? Где находятся самые опасные места? Как выстроены сети по похищению людей, если таковые имеются?
Пути попадания в неволю многообразны. Если рассматривать трудовое рабство — то это поиск работы (часто через интернет). У жителей отдаленных от столицы регионов есть представление, что в Москве все зарабатывают миллионы, даже если нет опыта работы и квалификации. Любое объявление о работе, сулящее «золотые горы» - это прямой путь в работный дом. Ключевые слова таких объявлений: «проживание на месте», «опыт не требуется», «оплата каждый день». Второй наиболее распространенный путь — это самостоятельный приезд в другой регион – в столицу, региональный центр, в поисках работы. Опасные объявления с риском попадания в работный дом или на ферму часто расклеены рядом с вокзалами, транспортными центрами в городах. В людных местах можно встретить и вербовщиков, которые быстро станут случайными знакомыми, заметив, что человек в городе новичок и не знает куда идти. Другой путь попадания в рабство — сложная жизненная ситуация. Болезни и утраты в семье, потеря денег, документов, работы и /или жилья. Люди в таком состоянии легко попадают в руки рабовладельцев, т.к. нуждаются в финансах, но не могут объективно оценивать ситуацию. Следует отметить, что сейчас случаев прямого похищения людей стало меньше. Само похищение легче доказать, если обратиться в правоохранительные органы. Недавно у нас была история, когда мы помогли четырем мужчинам выбраться из работного дома. Одного из них похитили в Москве. Он вышел ночью со станции метро. Ему просто распылили перцовый баллончик в лицо и затащили в машину. Очнулся он уже в работном доме. Однако гораздо чаще в трудовое рабство заманивают путем обмана и психологической манипуляции.
Какие группы людей (по возрасту, полу, социальному положению, национальности) находятся в зоне риска с точки зрения попадания в рабство? Насколько правильно утверждение, что в рабство попадают люди-маргиналы, а обычному социализированному гражданину не грозит такая опасность?
При определенном стечении обстоятельства в неволе может оказаться любой человек. Но чем больше у потенциальной жертвы социальных связей, близких и знакомых — тем выше шансы на спасение, ведь и сам человек будет пытаться выбраться, и его будут искать. Важно отметить, что само принуждение человека к неволе строится на его психологическом подавлении. Когда человек начинает верить, что у него всё равно ничего не получится, что он никому не нужен, и пришла пора смириться – шансов на спасение практически нет. Но в целом, если смотреть статистику нашей работы, то наиболее уязвимыми оказываются инвалиды, пенсионеры, люди с низкими доходами, выпускники детдомов, люди с зависимостями, бывшие заключенные, люди с ментальными проблемами — то есть наименее защищенные группы населения.
Как организована система поиска людей для подневольного труда? Этим занимаются «сами» рабовладельцы, или есть отдельные люди/ организации/ сети? Есть ли межрегиональные сети или рынки по торговле рабами, или невольники чаще всего остаются на все время у одного хозяина?
В южных районах страны, в той же Ростовской области или Дагестане, часто поиском подневольных рабочих занимается прямой представитель хозяина той же фермы или кирпичного завода. Вербовщик вычисляет человека, которому нужна какая-либо помощь. В зависимости от обстановки, вербовщик может согласиться подвезти человека куда-то или же познакомиться с ним и подпоить, после чего предложить работу. Часто такое предложение может содержать полуправду, например, предложить работу на ферме или на кирпичном заводе, но рассказать о хорошей зарплате и курортных условиях проживания.
В столичном регионе действуют более сложные сети, где доставку рабсилы организуют посредники, которые действуют независимо от бизнесменов, использующих подневольный труд. Такие вербовщики продают людей рабовладельцам и отправляют их в разные регионы для дальнейшей эксплуатации.
Человека могут перепродавать от одного к другому и перевозить из региона в регион, например, из Ростовской области в Дагестан, а из Дагестана в Чечню. Нередко бывают случаи и трансграничной торговли людьми. До начала СВО цыгане перепродавали через границы России, Белоруссии и Украины людей, которых они заставляли работать попрошайками. Недавно мы освободили пять граждан Белоруссии, которых принуждали заниматься попрошайничеством в Москве. На съемной квартире в Подмосковной Балашихе их держала гражданка Украины. Расследование показало, что в белорусском Гомеле группа цыган вербовала людей. Вербовщики продавали их гражданке Украины и организовывали их доставку в Москву.
Как на этом фоне выглядит Ростовская область? Число случаев насильственного удержания людей в Ростовской области растет или уменьшается?
Ростовская область — один из самых часто попадающих в наши сводки регионов, где используется рабский труд. Число таких случаев не уменьшается. Главные места, где держат рабов — сельские районы. К сожалению, сотрудники правоохранительных органов до сих пор не относятся к этой проблеме серьезно.
Есть ли национальные особенности, по опыту освобожденных Вами людей, по составу «рабовладельцев»?
Помимо коренного населения, в сети рабовладельцев часто попадают и мигранты. У них положение может быть еще хуже — слабое знание языка, часто нелегальный статус. Это идеальные условия для давления и запугивания человека. Люди, которые используют рабский труд не смотрят на национальность — в неволю может попасть русский, татарин, белорус, узбек. Но нюансы все-таки есть. По опыту вызволения людей с кирпичных заводов в Дагестане, представителей местных национальностей среди трудовых рабов мы не встречали. И у цыган своих соотечественников в рабстве не держат.
По опыту людей, которых Вы спасли, как выглядит типичное рабовладельческое предприятие? Сколько подневольных людей в среднем содержится вместе? Как организован контроль над ними?
Один вариант — это работа на семью рабовладельцев. Чаще всего в такой роли выступают фермеры на юге. На фермах и кошарах отец семейства — это глава рабовладельческого хозяйства, а его сыновья занимаются вербовкой, перевозкой и следят за подневольными работниками.
Важно, что соседи таких хозяйств чаще всего в курсе происходящего, и более того, в случае чего могут поспособствовать возвращению человека в неволю. В Ростовской области есть такие поселки, где, сбежав от одного фермера, в соседнем хуторе можно вновь попасть в рабство.
Другой вариант используется на более крупных предприятиях, где невольников больше, а расположены они ближе или непосредственно рядом с крупными городами. Там внутренний контроль и роль надзирателей выполняют более опытные невольники. Естественно за дополнительные блага и лучшие условия жизни. Такая система эффективна, как бы это не было печально. Человек, попавший в такое место, понимает, что у него не будет помощников при попытке побега. Часто такая неудачная попытка оборачивается прилюдным избиением в назидание другим.
При попадании человека в неволю важную роль играет его изоляция и обрыв социальных связей. Поэтому в первую очередь отбираются документы и все средства связи. Их могут просто выкрасть во время расселения на месте работы. Например, человеку предлагают принять душ, а по возращению, он обнаруживает, что его старая одежда и документы исчезли. В другом случае, документы выманиваются под предлогом оформления на работу или получения местной регистрации (последнее актуально для мигрантов). После выясняется, что человек свой же телефон должен отработать.
В рабстве даже могут «выплачивать» зарплату. Но делается это не напрямую. На определенную сумму человек может что-то попросить из еды, одежду и др. или сходить в магазин под контролем третьего лица. В некоторых случаях небольшие денежные переводы могут даже высылаться родным человека от его имени. Но в реальности никакие деньги на руки людям не дают. Еще крайне типичная история — это отработка несуществующего долга за доставку к месту работы из другого города или региона. Отработать такой долг невозможно, он всегда будет расти.
![](/upload/sotbit.htmleditoraddition/6f5/w55e8aem3k8397584y1j2lb174qnmw0i/vgk_c3vwac8.jpg)
Сколько в среднем люди проводят в подневольном состоянии? Можно ли привести примеры наибольших сроков удержания людей в рабстве в России?
Часто человеку, попавшему из рук вербовщиков на ферму, говорят, что оплату он получит после условного полугода работы. А дальше может быть разная ситуация. Через 6 месяцев человеку могут действительно купить билет (полную стоимость работы естественно никто не оплатит), но чаще всего человека просто перепродают другим рабовладельцам. А оставшиеся на ферме люди думают, что их товарищ с заработанными деньгами благополучно уехал домой. Такая надежда на благополучный исход удерживает людей не менее эффективно, чем угроза физического наказания. А часто люди работают бессрочно, пока у них есть силы. Один человек, мужчина с метальными расстройствами, провел в роли попрошайки у цыган 11 лет. Его удалось определить в приют, но цыгане пытались забрать его и оттуда. Тем не менее, человек должен верить, что он спасется. Как только человека свыкается со своим положением, шансом на вызволение у него уже нет.
Что делают с «рабами» их хозяева, если они болеют, становятся слабыми, больными или старыми?
По рассказам людей, которым удалось сбежать из рабства, людей заставляют работать до последнего, невзирая на состояние здоровья. Если недомогание сильное, то ничего эффективнее парацетамола или анальгина не дадут. Некоторые освобожденные пленники, рассказывали, что их соседи умирали в рабстве, но, что делали с телами они не знают. Бывает, если человек становится старым и больным, его просто выкидывают на улицу. Жалоб на себя от таких людей рабовладельцы по существу не сильно опасаются.
Почему при современном развитии средств связи и коммуникаций люди годами могут находиться в рабстве?
Скорее благодаря интернету появились новые способы вербовки и новые методы эксплуатации людей. Если же говорить о стандартных способах, то в неволе люди часто оказываются уже без телефонов или их сразу отбирают. Хотя бывают случаи, когда человеку удаётся отправлять со своего смартфона геометку о месте, где его удерживают.
Что делать человеку, если он понял, что фактически оказался в трудовом рабстве? Как ему сбежать от такого «работодателя»?
Необходимо найти любую возможность связаться с родными и друзьями, с любым человеком, который может поднять тревогу. Важно, как можно точнее определить место, где оказался человек, попавший в такую ситуацию. Сами рабовладельцы не заинтересованы, чтобы человека искали. Поэтому они могут даже предоставить телефон под предлогом звонка родственникам или знакомым для их же успокоения. Здесь важно завуалированно дать понять, что ты попал в беду. На этот случай может оказаться полезным выбранное заранее кодовое слово. Самое главное — знать наизусть один или несколько номеров телефонов, куда можно позвонить. Телефон можно попросить у соседей с другого участка, случайных прохожих - главное выйти на связь. Если человека вывозят на работу в город на новый объект, то можно попросить сделать звонок у местных сотрудников.
Часто люди боятся обращаться в правоохранительные органы, но это не верная тактика. Был случай с мужчиной, попавшим в реабилитационный центр, когда он на работах в городе увидел сотрудников полиции, которые и помогли ему вернуть отнятый паспорт.
Но если сообщить о себе не получается, а телефонов близких вы не знаете, то единственный способ спастись – это побег. А затем – можете обратиться за помощью на горячую линию нашего движения, можете попросить помощи в ближайшем отделе полиции. Другой вариант — обратиться в организацию «ЛизаАлерт» для поиска родственников.
Что должен предъявить человек, чтобы доказать в правоохранительных органах, что его держали в рабстве?
Конечно, сотрудники полиции обязаны отреагировать на вызов или заявление и провести соответствующую проверку. Но доказать сам факт использования рабского труда сложно. Без документального подтверждения, свидетельских показаний, аудио- или видео- фиксации говорить о принуждении крайне затруднительно. Если имело место физическое насилие, то его следует как можно быстрее зафиксировать в травмпункте или другом медицинском учреждении. Понятно, что в ситуации неволи — это редко, когда исполнимо. При наличии телефона или иного устройства для аудио и видеозаписи, следует зафиксировать физические увечья, так чтобы была ясна дата фото или видеосъемки. Также полезным будет зафиксировать разговор с «работодателем», при котором сначала человек кратко опишет ситуацию, а потом, обратившись по имени, спросит о зарплате, возвращении документов и возможности уйти. Ответы на эти вопросы могут свидетельствовать о ситуации принуждения. Если попаданию в рабство предшествовала переписка в интернете, то она тоже может послужить доказательством преступления. Если факт вербовки или похищения был на улице в районе вокзала или иного людного места, то следствию могут помочь записи камер видеонаблюдения.
Аветик Егиазарян едва не умер на полях Ростовской области
Что делать родственникам или друзьям человека, который мог попасть в рабство? Как и через кого организовать его поиски и вызволение?
В первую следует обращаться в полицию и подавать человека в розыск, а затем в поисковые организации типа «Лиза Алерт». Почему важен второй пункт. Когда листовки с фотографией пропавшего человека начинают размещать в соцсетях и на улицах, очень часто это побуждает рабовладельцев, чтобы человек сам вышел на связь. Они даже могут напрямую направить его в отдел полиции, чтобы тот написал отказ от розыска (естественно под контролем своего представителя). Это повышает шансы сразу найти человека и узнать его местонахождение. Для попавшего в рабство человека информация о том, что его ищут станет дополнительным стимулом для спасения. Как только родные и близкие удостоверились, что человек находится в рабстве – можно обращаться за помощью к нашей организации.
Куда обращаться человеку (в местные правоохранительные органы, в региональный центр или сразу в Москву), если он подозревает, что в его населенном пункте используется рабский труд?
Самый простой способ — попытаться поговорить с человеком. Только после того, как человек подтвердил, что он в рабстве и ему нужна помощь — можно написать/позвонить движению «Альтернатива», а также обратиться в правоохранительные органы: в полицию, в прокуратуру, следственный комитет. Обращения лучше дублировать в вышестоящие инстанции – так надежнее в том случае, если владельцы криминогенного бизнеса попытаются надавить на местные правоохранительные и надзорные органы.
Насколько по действующему законодательству действенны наказания за организацию и использование рабского труда? Какие реальные сроки лишения свободы получают рабовладельцы в России? Верно ли утверждение, что государство не обращает достаточного внимания на эту проблему?
Сложно говорить о действенности наказания, когда наказания нет. Проблема в том, что в статье 127.2 УК РФ (Использование рабского труда) сам понятийный аппарат прописан недостаточно четко. Практика правоприменения по этой статье не сформирована, уголовные дела по ней почти не возбуждаются, соответственно почти нет и приговоров по ней. За 2023 год нет ни одного приговора по данной статье. Даже из общения с сотрудниками правоохранительных органов становится ясно, что они не совсем понимают, как «работать» с данной категорией дел. Например, крайне проблематично собрать в установленном процессуальном порядке доказательную базу для возбуждения уголовного дела. Очень трудно зафиксировать сам факт принуждения к труду. На деле выходит, что человек просто не может доказать, что его заставляли работать принудительно без оплаты труда с насильственным удержанием. Как доказать сам факт принуждения, если нет следов побоев? И как доказать, что человека насильственно удерживали, если нет следов наручников или цепей? Факты психологического давления и насилия зачастую не учитываются. А критериев для оценки применяемых способов психологического давления, достаточного, чтобы человек оставался фактически в неволе при физической возможности перемещаться, просто нет. Между тем, очень распространенный способ удержания человека – использование его вынужденного положения.
Какими способами «рабовладельцы» защищают себя в целом и в судах? Как рабовладельцам удается сохранить свой бизнес в безопасности?
Современное рабство находится в «серой зоне» социально-экономических отношений, границы которых размыты и не поддаются нормальной проверке. Ситуация осложняется ещё и тем, что сами люди, которым удалось спастись не готовы бороться за то, чтобы дело было доведено до суда. При этом, рабовладельцы, защищают себя очень простым способом. Они утверждают, что человек пришел к ним сам, его никто не заставлял работать, а на условной ферме он жил совершенно свободно и мог уйти в любой момент времени. А за работу деньги передавались, например, наличкой, еще и еду с комнатой предоставляли. В такой коллизии человек не в рабство попадал, а в рай. Но любые такие утверждения проверить и опровергнуть нельзя. Если нет расписок, то обвинения, особенно в отсутствии показаний сторонних свидетелей, сводятся к дилемме «слово против слова». Есть показания бывшего раба против уважаемого фермера без вещественных доказательств.
Что должно предпринять государство для того, чтобы искоренить это позорное явление?
Есть мнение, что должен быть принят специальный закон о борьбе с торговлей людьми и принудительным трудом, который бы ввёл все необходимые дефиниции и учредил специализированный орган контроля. Однако представляется, что на данный момент, в первую очередь, требуется корректировка схемы проверки исполнения трудовых прав. Если будет выбита «экономическая» основа для существования такого явления, то и масштабы современного трудового рабства начнут сокращаться. Структуры надзора за исполнением трудового законодательства должны работать иначе. Сейчас же работу той же прокуратуры или трудовых инспекций нельзя назвать эффективной в этом направлении, ведь он даже не осведомлены об этом в достаточной степени. Если мы говорим о статьях уголовного и административного кодекса, то они требуют поправок. На данный момент, статьи не дают чётких определений, нет разграничения между рабским и принудительным трудом. Тексты статей очень размыты в формулировках и попросту устарели к сегодняшнему дню.
Вторым важным моментом является работа с людьми – поддержка незащищенных слоёв населения, улучшение благосостояния людей, а также повышение уровня их правовой культуры. Многие люди по-прежнему пренебрегают основными правилами безопасности, по-прежнему не знают, куда и как обращаться за помощью.
Константин Прибрежный
Новости на Блoкнoт-Волгодонск