«В мои обязанности не входило изучение пакета документов»: экс-мэр Волгодонска Андрей Иванов сделал важное заявление в судебном деле Юрия Мариненко

В Волгодонском районном суде продолжается слушание громкого дела, в центре которого оказался бывший глава администрации Юрий Мариненко. Ему инкриминируется совершение мошеннических действий, связанных с незаконным, по мнению следствия, получением муниципальной квартиры.

На минувшем заседании, состоявшемся 22 июля, в качестве одного из свидетелей был допрошен Андрей Иванов, возглавлявший администрацию Волгодонска с марта 2015 по март 2017 года - в тот самый период, когда на Мариненко и было оформлено спорное жилье.

Судебный процесс выявил ряд интересных деталей, касающихся процедуры предоставления муниципального жилья и роли должностных лиц в этом процессе. Показания многих свидетелей, опрошенных ранее, указывали на то, что процесс признания Юрия Мариненко малоимущим и его последующего обеспечения двухкомнатной квартирой был запущен благодаря резолюции, наложенной главой администрации на тот момент. Именно эта резолюция, по словам ряда сотрудников, стала отправной точкой, запустившей процесс, который, по предположению многих свидетелей, а также самого Мариненко, мог привести к ряду процессуальных нарушений и ошибок в оформлении документов.

В ходе заседания сторона обвинения задавала Андрею Иванову ряд вопросов, касающихся его взаимоотношений с Юрием Мариненко и обстоятельств получения последним квартиры. Иванов подтвердил, что знаком с Мариненко, занимавшим тогда пост начальника МВД, но их отношения носили исключительно служебный характер.

Андрей Иванов 

На вопрос о его осведомленности об обстоятельствах получения квартиры Мариненко, Иванов дал уклончивый ответ, сославшись на давность событий и невозможность дать исчерпывающие пояснения.

- Мы говорим о событиях десятилетней давности, поэтому по этому вопросу ничего пояснить не могу. Документы ходили установленным порядком. То-есть, никаких особых нюансов не было, - пояснил Иванов.

Особое внимание в ходе заседания уделили заявлению Юрия Мариненко, адресованному главе администрации города Иванову, датированному 6 сентября 2016 года. В нем Мариненко просил заключить с ним договор социального найма на квартиру по улице Строителей, 2Б, кв. 35, ссылаясь на отсутствие у него жилья на территории Российской Федерации. К заявлению, согласно материалам дела, прилагалась резолюция Иванова, в которой было поручено Шайтану заключить договор социального найма.

Государственный обвинитель Ольга Чуланова подчеркнула, что ряд допрошенных ранее сотрудников администрации подтвердили, что именно резолюция Иванова стала для них сигналом к действию, несмотря на возможные недочеты в документации, и позволила заключить договор социального найма с Мариненко.

Андрей Иванов заявил, что в ходе следствия ему не был предоставлен подлинник данного документа, и он не помнит, чтобы видел его. Он также предположил, что заявление могло попасть к нему в пакете документов, подготовленных профильными департаментами, и его резолюция, если и была, то дана после полной проверки документов.

- Копию этого заявления я не описывал, но с учетом того, что события были в 10-летней давности, по этому поводу я не могу пояснить порядок прохождения этого документа. Если и было, то был, вполне возможно, установлен этот порядок. Более того, сами отдельные заявления главе администрации не попадают. То-есть, не попадает отдельное заявление просто так. Наверно это был пакет документов, предоставленный какими-то руководителями. Соответственно, его вносит либо департамент городского хозяйства, либо курирующий заместитель. Это мог быть кто-то из курирующих заместителей, они могли с этим документом доложить ситуацию. О том, что документы все проверены, предлагаем заключить договор социального найма. Вполне возможно, что такая резолюция появилась. Но пояснить более, с учетом того, что это событие 10-летней давности, я не могу, - рассказал Иванов.

Сторона обвинения вновь подчеркнула, что ранее допрошенные свидетели – сотрудники администрации – последовательно указывали, что именно резолюция главы администрации служила для них главным ориентиром и руководством к действию. По их словам, даже при наличии в пакете документов неполных сведений или сомнений в их соответствии, резолюция Иванова, как руководителя, служила своего рода «зеленым светом» для продвижения дела.

- До момента появления документов и их изучения, резолюция появиться не могла. Глава администрации не подписывает просто лист, если заявления ничем не подтверждены, - ответил Иванов.

- То-есть, вы изначально изучали пакет документов? – спросила прокурор Чуланова.

- Я не изучал пакет документов. Его изучали специалисты. В мои обязанности не входило изучение пакета документов, - пояснил экс-глава администрации.

Исходя из этого, Чуланова поинтересовалась об отношениях между Андреем Ивановым и Александром Шайтаном. Иванов четко ответил, что ни в каких отношениях с Шайтаном не состоял.

Далее поступил вопрос о зависимости чиновника от Мариненко, учитывая его положение начальника полиции. Иванов категорически заявил об отсутствии таковой. Он подчеркнул, что у него не было никаких личных или служебных отношений, которые могли бы повлиять на его решения. Он также отметил, что сотрудники администрации не докладывали ему о каких-либо обращениях или попытках оказать давление по вопросу получения квартиры Мариненко.

Судья Руслан Федоров обратил внимание на существование двух идентичных заявлений от Юрия Мариненко, касающихся получения квартиры. Первое, датированное 30 декабря 2015 года, по слова обвинения, было подписано Мариненко, однако, согласно показаниям Иванова, не получило положительного решения. Второе, аналогичное по содержанию, было подано 6 сентября 2016 года и получило резолюцию главы администрации.

Сам Юрий Мариненко настаивает на том, что заявление от 30 декабря 2015 года не содержало его подписи и было изготовлено без его ведома. Он предполагает, что это мог сделать бывший заместитель администрации по правовым и правоохранительным органам Владимир Графов, что могло быть вызвано неприятными отношениями или попыткой манипулирования им как начальником полиции.

Андрею Иванову был задан прямой вопрос: обращался ли к нему Владимир Графов с просьбами об обеспечении Мариненко жильем? Иванов затруднился дать однозначный ответ, ссылаясь на давность событий – десятилетний срок – и невозможность вспомнить, кто именно из заместителей или руководителей обращался с подобными вопросами. Он лишь отметил, что если обращения и были, то они проходили в рамках установленного порядка.

Однако, как указано в деле, уже через день после подачи заявления 6 сентября 2016 года, 8 сентября, Андрей Иванов подписал постановление об исключении жилого помещения из числа коммерческого жилищного фонда и заключении с Мариненко договора социального найма. По мнению свидетелей процесса, это стремительное оформление свидетельствует о том, что пакет документов уже был готов и проверен, а резолюция главы администрации стала ускорителем процесса.

- Это лишний раз подтверждает, что пакет подачи уже был готов. То-есть, его уже изготовили и проверили, - ответил Иванов.

В ходе обсуждения также выяснилось, что контроль над сроками исполнения резолюции устанавливается не главой администрации, а его помощниками или управделами. Иванов подчеркнул, что сам лично контроль за исполнением не устанавливает.

Таким образом, показания Андрея Иванова, несмотря на его стремление дистанцироваться от деталей, смогли пролить свет на многие важные вопросы, поднимаемые в деле.

«Блокнот» будет следить за дальнейшим развитием этого судебного процесса.

Константин Прибрежный

Читайте новости Волгодонска в удобном формате в нашем Телеграм-канале и в MAX.