Волгодонск Понедельник, 13 Июля
Общество, 28.02.2020 11:05

«Мы Путепровод дней за 20 построили, а они третий мост 3 года строить думают»: строитель Андрей Никитенко

Новым гостем рубрики «Лица города» стал известный в Волгодонске строитель Андрей Никифорович Никитенко.

Уроженец села в Заветинском районе, Андрей Никифорович живет в Волгодонске с 1957 года. Вплоть до выхода на пенсию несколько десятков лет  он руководил производством земляных работ на крупнейших стройплощадках города. Андрей Никитенко еще застал Волгодонск маленьким городком, с населением как в Цимлянске, а на момент выхода на пенсию население города превысило 170 тысяч человек.

Все эти годы верной спутницей жизни Андрея Никифоровича является его супруга Пелагея, по-домашнему Поля. В Волгодонск она приехала по распределению из Ставропольского края после окончания энергетического техникума. В Волгодонске Пелагея Никитенко много лет проработала на ТЭЦ-1, пройдя путь от простой сотрудницы до начальника смены химводоочистки. Семейный портрет супругов Никитенко украшает аллею «Золотые семьи» в сквере Петра и Февронии на улице Ленина.

Расскажите о своей семье, родных и близких

На свет я появился 25 февраля 1931 года в селе Федосеевка Заветинского района Ростовской области. Родители всю жизнь работали, но в колхозе не были. Отец мой, Никифор Миронович родился, а на пятый день после родов его мать, моя бабушка, умерла. Тогда мой дед Мирон по прозвищу Верхач нанял женщину, кормилицу, дал ей корову и говорит: «Выкорми пацана! Что хочешь делай, но выкорми!». Она и выкормила, отца моего. А отец мой, природным скотоводом стал, когда вырос, настоящим гуртоправом. Как-то он чувствовал животину как родную, хотя ни класса школы не кончал! И овец пас, и коров пас. Разбирался он в животных. Он все по-своему делал. Была такая порода коров, молочная, ее «немкой» звали. Много молока давала, да больно к корму привередлива была. А у калмыков свои коровы были: жары и пурги не боялись, ели, все что в степи росло. Так вот, эту «немку» он с связал с «калмыком». Получилась новая мясо-молочная порода. Зоотехники с Москвы приехали, узнав, что папа новую породу коров сам вывел. Смотрели и охали. В войну отцу поручили отогнать скот из донских степей за Волгу! Грандиозная экспедиция была. Но папа со скотом ушел, а мы все остались. Тут и немцы пришли. Так и прожили всю оккупацию недалеко от фронта. Как фронт прошел обратно, тут и отец вернулся.

Что означает такое семейное прозвище?

Это целое семейное придание получается. Уже взрослым как-то приехал в Федосеевку, а ко мне обращаются «Хлопчик! Чий ти будешь?». Я и отвечаю: «Из Никитенок мы, Никофора Мироныча сын». А мне в ответ: «Так це Верхача сын, верхоченок!». Потом мне такое семейное предание рассказали. В царские времена приехали украинцы в донские степи жить. Приехали и выбрали место около Заветного, село Торговое. Там была такая балка с речкой Загиста и сильными чистыми родниками. Увидели эти поселенцы такое благодатное место и решили остаться здесь. Так по балке, прозванной Золотой и стали жить. Моего предка Мирона тогда выбрали старшим. Освоились на месте, подняли пашню. Такой хлеб в тот год уродился! Никогда такого урожая не было! Узнали про это калмыки и прискакали на лошадях. «Это наша земля!»: заявил главный калмык и предложил впредь урожаем делиться. И стали калмыки мешать хлеб убирать. А Мирону односельчане и говорят: «Ты эту кашу с переселением заварил, ты ее и расхлебывай!». Собрали всем селом деньги, и Мирон где пешком, где на лошадях доехал до Петербурга. К царю или другому главному начальнику попал. Царю тогда сказали: «Там какой-то ходок с калмыцких степей пришел». А Мирон, хоть и дурным немного считался, но хитрый был. Заболтал царя и землю отстоял. Царь дал ему грамоту на землю. А Мирон пообещал царю платить по 30 гривенников за десятину земли. Царь расчувствовался: «Не надо мне твоих денег! Получай землю и с грамотой царской назад езжай!». Вернулся Мирон,а после все его «Верхачом» стали величать, прозвище и за его потомками сохранилась.

Как прошло ваше детство, чем увлекались и занимались в детские годы?

У отца было шестеро детей: три сына и три дочки. В живых осталось двое: я 31 года рождения и сестренка 37 года рождения. Один из старших братьев, Виктор, во время войны до Берлина дошел. Он с бабушкой в Федосеевке жил. Немецкий язык сам выучил, и когда пришли немцы с ними по ихнему чирикал. Как наши вернулись, Виктора для проверки забрали, а потом на переводчика и разведчика выучили. А я в всю войну тут просидел. Детство провел на Джурак-Сале, на котором стояла Федосеевка. Во время войны скорняжным промыслом занялся: валенки подшивал, чувяки чинил, ходить же было не в чем. Добыл у одного мужика плоский кожаный ремень, распарил его и валенки подшил. Потом целая очередь стояла из желающих валенки починить! А за работу кормили. Цена была 10 рублей и 10 яиц. Так благодаря валенкам войну и пережили, пока папа не вернулся.

Бондаренко Атоммаш.jpg

Иван Бондаренко выступает перед сотрудниками "Атоммаша". Фотография из фондов Волгодонского эколого-исторического музея.

После войны уехал в Сальск и поступил в техникум механизации, тогда это было престижно, да и к технике душа лежала. А в техникум как раз поступил и Ваня Бондаренко, с армии пришел. Он потом почти 20 лет Ростовской областью руководил! Ваня старше меня на пять лет, но тогда из-за войны многие учебу поздно оканчивали. Шустрый парень был: и в карты, и очко с товарищами играл. Вместе в ним в общежитии я и жил. А я борщ любил готовить. Пошел как-то на базар, набрал капусты, буряка, сготовил целую кастрюлю борща. Прилег отдохнуть. Потом проснулся и вижу деньги и записку с таким содержанием «Это деньги твои. Бондаренко». Посмотрел, а борща даже на дне кастрюли нет. За борщ значит так заплатили. Прошло больше 20 лет Ваня Бондаренко стал Иваном Афанасьевичем и первым секретарем Ростовского обкома КПСС. Большой был человек, хорошо он Волгодонску помог, когда выбирали город, где «Атоммаш» следует строить. Вот приехал однажды Бондаренко первую очередь «Атоммаша» пускать. А среди местных строителей и я стою. Я кричу ему: «Иван Афанасьевич!». Он обернулся и узнал. Подошел, мы крепко обнялись. Потом в обком звал работать, но я отказался, прикипел к городу уже.

А как вы попали в Волгодонск?

С Волгодонском целая история была. Уже после учебы работал в МТС (машинно-тракторная станция, - «Блокнот»), а потом направили меня в Дубравный за Цимлянском. А путь туда лежал через Волгодонск. Остановились в городе, у почты. Тогда по переулку Почтовый киоски с едой стояли. Там парень какой-то стоял. Пока ел, разговорились с ним. Он как узнал, куда я путь держу, заявил: «Дался тебе этот Дубравный, пошли к нам на химкомбинат!». И пошли мы. Тогда Волгодонск был таким маленьким, что все пешком ходили. А на химкомбинате главным инженером был Паулер, немец. А он в Москву как раз в командировку уехал. Поэтому не получилось устроиться. Я не расстроился и пошел дальше по поселку гулять. Встретил женщину, разговорились. Узнала, что я дипломированный механик и сразу на хлебозавод позвала работать, он тогда по переулку Чехова находился. Хлебопеки понравились, а вот зарплата нет. Пошел я дальше. Вижу дом стоит, сейчас это на Кадолина, с табличкой «Стройтрест №3». Зашел в него и обратно вышел строителем. Так 55 лет и проработал там.

Рабочие будни.jpg

Рабочие будни

Трудно было работать в городе первое время?

После стройки Цимлянской ГЭС осталось в Волгодонске много техники и заводы, на которых ее ремонтировали. Первым заданием на новом месте работы стал подсчет, сколько техники осталось и куда ее можно деть. «Ноги в руки», так сказать, и пошел я в Шлюзы, где ЦРМЗ, будущий ВОЭЗ, находился. В Шлюзах за железной дороге поле было. Вот оно и было заставлено техникой: были там и скрепера девятикубовые, деррик-краны, машины, самосвалы. Тогда на на Ангаре строили Иркутскую ГЭС. Я про это знал и отбил в Восточную Сибирь телеграмму: «Кому нужна техника. Присылайте нам счет. Отправляем технику после перечисления денег». А через некоторое время приходит телеграмма из Иркутска: «Деньги перевели». Прихожу к своему начальнику и говорю: «Всю лишнюю технику переписал и успел продать, деньги уже пришли». Он смотрит на меня и слова сказать не может от такой прыти.

Что в городе и окрестностях построено с вашим участием?

Там, где сейчас стадион за администрацией стоит, раньше была наша машинопрокатная база. Целый небольшой заводик стоял, даже кузня собственная была. Обслуживали технику на стройках до самого Семикаракорска. Там и я стал «боевым» заместителем, ведь с техникой всегда был «на ты». А потом уже и до руководства строительными работами дорос, после того как создали участок механизации строительства. В первую очередь мы занимались подготовкой стройплощадок и земляными работами. Строили везде самые разные объекты от Волгодонска до Ростова: винзавод в Семикаракорске, винсовхоз в Цимлянске, огромный животноводческий комплекс «Братский» под Матыновской. Его развалины до сих пор стоят.

В строительстве «Атоммаша» участвовали?

Конечно! Как начался «Атоммаш», всех строителей на него сразу перекинули. Я тогда, можно сказать, был «богом земляных работ». Мы с товарищами первыми на стройплощадку приходили. Копали котлованы, проводили дороги, рыли траншею под водопровод и канализацию. Тяжелая, но нужная работа была. А строителей, особенно некоторых, следовало строго контролировать. Мы тогда планировкой территории «Атоммаша» занимались. Как-то говорю бульдозеристам: «Не вздумайте пьянку организовывать, вначале задание сделайте». Приезжаю их проверить и вижу: бульдозер стоит, бульдозеристы уже закуску с водкой положили. Взял тогда бутылку и об бульдозер разбил, а на следующее утро за расчетом приказал приходить. Утром они приходят, как ни в чем не бывало, на работу, а им «Идите вон!». Так производственную дисциплину и держали. А техники за раз по 50 машин приходило на стройку. Людей не хватало. Кого на стройку брать? Были в Красном Яру «химики», преступники расконвоированные. Их специально на стройку привозили. Их тоже за бульдозер сажали. Большинство хорошо работали. А зимой башенный кран на санях однажды перевозили, столько снега было. Для этого сделали специальные сани. Запрягали в такую повозку сразу пять гусеничных бульдозеров цугом. Вот они колонной друг за другом и тащили огромные сани с краном. Смотрю и думаю: «Не дай Бог кто-то из бульдозеристов сильно машину дернет - всех тогда краном раздавит»! Но все хорошо прошло, кран к стройплощадке в срок доставили.

Скреперы.jpg

Скреперы на месте Путепровода. Фотография из фондов Волгодонского эколого-исторического музея

А Путепровод Вам пришлось строить?

В первое время после начала стройки «Атоммаша» все только переездом через Красный Яр пользовались. Дорога была одна и узкая, а тут из-за поездов еще переезда часто перекрывали. Поезда тогда часто ходили, а еще больше вагонов со станции на стройплощадку подавали. Нам пришел приказ: сделайте Путепровод в рекордные сроки. Сказано - сделано. Подогнали бульдозеры, скрепера, сваи быстро забили. С двух стороны быстро насыпи сделали. Привезли огромную трубу, двумя кранами ее подцепили и в основание насыпи поставили. Дней за двадцать все сделали и Путепровод был готов. А сейчас они мост через залив три года собираются строить!

DSC_0143.JPG

Супруги Никитенко

Вместе с супругой Полиной вы живете уже почти 60 лет. Как был создан столь крепкий брак?

Нас можно сказать Бог свел. Познакомились мы так. Город тогда был маленький, до Донского переулка простирался только. Никаких особых развлечений для молодых не было. Но на площади перед ДК молодежь танцульки по вечерам устраивала. Танцевали даже под губную гармошку. Поля тогда в хоре пела и в художественной самодеятельности участвовала. Голос у нее был божественным. Я на нее во время танцулек смотрел, как она поет, а сам в стороночке стоял, присматривался к девушкам. Стоял, стоял, а потом решил подойти и представиться. Так мы и познакомились. Год встречался с Полей, а ни разу не поцеловался. Только под ручку ходили и гуляли, друг на друга смотрели. Брак мы зарегистрировали 31 января 1961 года. ЗАГС тогда был в здании администрации на месте туалета. Расписались, вышли и на работу пошли. У Поли на ТЭЦ какая-то прокладка засвистела, у меня тоже дел невпроворот было. Поля ближе к вечеру к себе в общежитие пошла, там ее и нашел мой начальник Петр Котляров, мы его нашим нареченным отцом считали. Он свадебный стол у себя в квартире и подготовил. Мы то в то время по общежитиям жили, квартиру ведь далеко не сразу получили. А через 11 месяцев наш первый и единственный малыш, Саша, на свет появился.

DSC_0139.JPG

Вместе с сыном Александром

Расскажите о своих увлечениях, детях, внуках?

Это Поля художественной самодеятельностью занималась, а весь в работе все время был. Работа и была моей второй жизнью. Был у нас сын-умница и золотой человек, да не стало его. Александр два высших образования получил, работал на Ростовской АЭС. 19 апреля 2000 года машину, на которой Александр вместе с двумя коллегами ехал с работы, расстреляли на трассе. Заказное убийство было, что-то с его работой связанное. У Саши осталось двое сыновей, наши внуки. Мы их и вырастили, теперь в других городах живут. Радуемся, когда в гости правнуки приезжают.

Анатолий Козин

Новости на Блoкнoт-Волгодонск
  Тема: Лица города Волгодонска  О тебе, любимый Волгодонск  
строительАндрей Никитенкоистория
8
2

Топ 10 новостей

ПопулярноеОбсуждаемое